Дыхание любви

Александр Калягин доверил постановку спектакля «Все проплывающие» (по мотивам произведений Юрия Буйды) пятикурснику режиссерского факультета РАТИ-ГИТИС Рустему Фесаку. Свой дебютный спектакль он поставил вместе с группой молодых актеров театра. Риск – благородное дело, и теперь в афишу Малой сцены Et Сetera вошла одна из самых обаятельных работ сезона. Разгонять депрессию бессолнечных дней можно разными способами: откупорить шампанского бутылку, перечесть «Женитьбу Фигаро». Можно написать sms отсутствующему другу. А можно отправиться на дебютный спектакль «Все проплывающие», который поставлен пятикурсником ГИТИСа Рустемом Фесаком с группой молодых актеров Et Сetera. Сплетя рассказы Юрия Буйды в цельное сценическое действо, молодые исполнители создали поэтичный и увлекательный мир чудаков и поэтов. В нем великанша Ванда Банда (Марина Дегтярева) влюбляется в кроху 30 сантиметров ростом. Смотритель парка аттракционов Хитрый Мух (Сергей Демидов) вздыхает по Девушке с веслом (Наталья Попенко). Жмот Витька Фашист (Кирилл Лоскутов) готов молиться на свою падчерицу. А жена Соня (Анастасия Кормилицына) впавшего в летаргию смотрителя шлюзов Миши Полоротова (Андрей Кондаков) исправно год за годом пропускает корабли. Лейтмотивом спектакля стала песенка Утесова: «Если б жизнь твою коровью исковеркали б любовью, то тогда бы ты, Пеструха, знала, почему». Жизнь всех персонажей спектакля – от старухи «Три кошки» до Кота-убийцы – любовью исковеркана, и поэтому на самый страшный вопрос жизни «почему» у них есть ответ. Любовь у всех персонажей трагическая. 30-сантиметрового возлюбленного великанши съедает когда-то ею кастрированный и от того озлобленный на человечество кот. Падчерица гибнет под обрушившейся бетонной плитой. Смотритель умирает, проведя ночь со своей Девушкой с веслом. А юный Николас (Федор Урекин), влюбленный в девушку Катеньку, гибнет на Первой мировой войне. Однако, по мнению создателей спектакля, овчинка стоит выделки. И самая мучительная любовь все равно остается единственным оправданием и единственным смыслом нашей нескладной жизни. Молодой сценограф Ольга Васильева создает на Малой сцене уголок мастерской скульптора-сюрреалиста. Гигантские торсы, отломанные ноги, облупившаяся на коленках статуя девушки с веслом. И по центру – яма-могила с сероватой крошкой по краям. По ходу действия она будет изображать то воронку, оставшуюся от разбомбленного банка, то погреб Витьки Фашиста, а то – могилу, куда аккуратно уложат статую Девушки с веслом. Молодые актеры играют по несколько ролей, с удовольствием перевоплощаясь из коренастой крепкой тещи в девушку-мечту в спортивных трусиках и маечке, как Наталья Попенко. Или меняя кожаную куртку Витьки Фашиста на лихо заломленную шляпу-канотье Гондольера, как Кирилл Лоскутов. Удовольствие, которое молодые актеры получают от самого своего пребывания на сцене, странно сливается с яростным самочувствием их влюбленных персонажей. То, что в прозе Юрия Буйды было обрисовано как аномалия и безумие, в театре Et Сetera становится игрой молодости и избытка сил. Мир этого спектакля – мир яростных и молодых чувств, когда кровь быстро течет по жилам, и хочется петь просто так, потому что кипение души должно вырваться наружу. Забавные чудики открывают для себя значение слова «любовь». И понятно, что рядом с этим чудом все остальные «чудеса» автора всего лишь иногда занятные, иногда печальные фокусы – как фокус превращения гипсовой статуи в замерзшую девушку. В финале Витька Фашист (одна из лучших актерских работ этого на удивление слаженного ансамблевого спектакля) строит летательный аппарат, взлетающий от дыхания собравшихся соседей. Ставшая штампом концовка в данном случае кажется оправданной: сама постановка «Все проплывающие» появилась во многом благодаря такому поддерживающему дыханию окружающих.