Марина Брусникина: Островский - по-настоящему живой автор. Потому что ничего не изменилось ни в людских характерах, ни в отношениях

Театр Et cetera премьерой малоизвестной пьесы Александра Островского "Грех да беда на кого не живет" в постановке Марины Брусникиной отметил 200-летие драматурга.

Островского в юбилейный год ставят часто. И очень неожиданно. Режиссеры словно прозрели, обнаруживая в классических драмах "Колумба Замоскворечья" новые, остроактуальные смыслы. Оказывается, отнюдь не только густопсовый купецкий быт, жестокость нравов "темного царства" и прочие литературоведческие штампы таит гений драматурга.

Едва ли не главное, что волновало автора - женская, семейная тема. Предельно честное исследование историй любви, поиск ответа, что выбрать - долг или счастье, если такой вопрос однажды встает перед порядочной женщиной, есть во многих его пьесах. Можно даже утверждать, что и толстовские Анна Каренина, и герои "Крейцеровой сонаты" вышли из пьес Островского. Неслучайно Лев Толстой, вообще-то недолюбливающий театр, написал про "Грех да беда на кого не живет": "Я никогда не испытывал более сильного и ни одной фальшивой нотой не нарушенного впечатления".

Режиссер Марина Брусникина тоже признается, что влюбилась в эту пьесу давно и прочно:

- Там лихо закрученный сюжет, прямо-таки шекспировские характеры, редкой силы мужской образ, что нечасто случается у Островского.

А главное - авторы постановки смогли выявить в ней животрепещущую женскую историю чисто наших дней. Ну, представьте: красивая девушка из хорошей семьи волею судеб остается нищей сиротой. Влюбленный в нее лавочник, как говорится, "мужик с рынка", делает ей предложение. Это замужество единственный способ как-то остаться на плаву…Но на беду в их маленький городок приезжает на пару дней богатый помещик, который когда-то дружил с семьей девушки и даже, кажется, был в нее влюблен. Или она в него? Неважно! Юное чувство вспыхивает в ней с новой силой, а столичной "звезде" так приятно поиграть в бывший романчик…

Авторы спектакля не побоялись переписать целые куски из текста Островского: персонажи то сочиняют рэп, то переходят на современный сленг, а дед нашего лавочника Архип (Сергей Плотников) прямо-таки изъясняется блатной феней - за ним отчетливо угадывается криминальное прошлое, узнаешь скоробогатея из "братков"…

Однако швы между текстом Островского и современным пересказом в спектакле абсолютно незаметны - настолько естественно вжились артисты в своих персонажей.

Вот главный герой Лев Краснов (Андрей Кондаков). Этот провинциальный Отелло всеми силами пытается изжить, выдавить из себя мерзость многовековой патриархальности. Хотя его любовь к жене то и дело подвергается жестоким испытаниям: и сестра с зятем подзуживают "поучить" строптивицу кулаком или вожжами, и братец-недоросль наговаривает, что молодайка его не любит, да и сам Краснов видит сдержанную холодность супруги. Но он так верит, что сможет растопить ее сердце своей непомерной любовью! Его жена Татьяна (Ольга Котельникова) и рада бы ответить взаимностью, но где ж ее взять? Тем более, что душа ее уже затрепетала в ответ на новые признания старого кавалера. А он, Бабаев (Федор Бавтриков), хочет просто скоротать скучные дни вынужденной командировки: "Она, я думаю, рада-радехонька, что я приехал… А мучат женщины нас для того, чтобы вперед вознаградить себя за те права, которые потом теряют".

Эта мысль, выраженная столь афористично, поражает и самого Бабаева. Она, чувствуется, очень дорога и самому Островскому. И в разных своих пьесах он пытается найти ответ на вопрос: как же сделать так, чтобы любящие и любимые преодолели, наконец, свои мучения без трагического ущерба. Не выходит. Гибнет бесприданница Лариса Огудалова. Гибнет Катерина. Настоящим "волком в овечьей шкуре" становится вдова Купавина, обретшая было семейное счастье… Все эти женские лейтмотивы - из спектаклей последнего сезона на столичных сценах.

В этой же пьесе Отелло-Краснов убивает Татьяну, не вынеся окончательности и бесповоротности ее нелюбви. Этот финал побудил авторов постановки завершить ее нравоучительной цитатой из современной хроники: "70% убитых женщин подвергались домашнему насилию". Что в свою очередь заставило рецензентов обозначить тему постановки Марины Брусникиной как "историю семейного абъюза".

На самом деле спектакль тоньше и глубже этой темы. И последняя сцена, где Татьяна окончательно объясняется с мужем, кажется, таит возможности разных финалов. Будь наша героиня чуть взрослее, чуть мудрее сердцем, чуть более чутка к чувствам мужа - вполне, верно, могла бы проникнуться его болью, пожалеть, понять, принять, приласкать… А там, глядишь, и обрели бы эти двое вожделенное взаимопонимание. Но нет! Безоглядная юная искренность не позволяет Татьяне выдать желаемое за действительное. И муж, только что чуть не плача целовавший ей руки, так сжимает жену в объятиях (нет, моя, моя, не отдам никому!), что из нее буквально дух вон.

Говоря о женской теме в пьесах Островского нельзя обойти вниманием второстепенных героинь, которые в сегодняшних постановках преподносятся особенно ярко, выпукло, сочно. Это - дамы-наперсницы, пережившие свою молодость, но не успокоившиеся сердцем и с воодушевлением проживающие ее заново в романах своих младших соплеменниц. Такова, например, экономка Марфа в "Невольницах" спектакля Театра Сатиры в блистательном исполнении Дианы Ермаковой. Такова Елена Валюшкина в роли маменьки Огудаловой в "Бесприданнице Театра Моссовета…

Здесь - это роскошная Наталия Житкова в роли танинной сестры Лукерьи. Как хлопочет она о новом романе сестры! Как тоскует и мечется в ее скучном доме! Как возмущается, не смея возвысить голос в полную силу, дремучими нравами хамоватых родственников! Именно она является пружиной всего действа и кажется даже, что это именно с ее слов Островский написал свою пьесу, уснастив жестокую женскую драму такими забавными трагикомическими обертонами.

Марина Брусникина, режиссер спектакля:

Об Островском
Когда вместе с художницей Наной Абдрашитовой мы приступали к работе над спектаклем, она спросила меня: это будет современный Островский? - Нет. Классический? - Нет. Лубок? - Нет. В результате получилось что-то такое, вместе взятое, но это, по-моему, и есть настоящий Островский. Спектакль идет в двух планах - на помосте, в белых декорациях, подлинный текст Островского, а внизу, в черных, как этот сюжет звучал бы в наши дни.

Он ведь по-настоящему живой автор. Потому что ничего не изменилось ни в людских характерах, ни в отношениях. Островский для меня - очень документальный автор. Он вербатим своего времени. По сути - родоначальник документального театра. Он же был очень наблюдателен в жизни, обладал хорошим писательских слухом. И писал, как люди говорят, при этом не боялся брать очень острые, животрепещущие темы. Потому и востребован до сих пор. Он не то чтобы опередил время, он видел то, что нам не показывали.

О персонажах
Мне очень интересны диалоги артистов со своими персонажами. Лучший человек здесь - главный герой, Краснов. Он такой замечательный-замечательный, а потом вдруг взял - и убил. Очень жалко главного героя, да. И всех жалко.

В нашем спектакле два состава, и я не могу сказать, какой лучше: оба замечательные, хотя играю героев по-разному. Я вообще не понимаю, как можно засовывать артиста в определенную болванку: вот ты, Оля, играй, как Маша. Да, все переживания известны, но каждый человек передает чувства по-своему, так ведь? Как было сказано кем-то из великих: жизнь была бы увлекательным романом, если бы не банальное начало, всем известные интриги и одинаковый финал.

О счастье и успехе
Какое чувство, я бы хотела, чтобы вызывал наш спектакль? Сострадание к нам всем. Ведь мотивации всех героев тут очень понятны - жить так, как ты бы хотел и невозможность этого. Несовершенство жизни, невозможность завоевать любовь там, где ее нет.

Невозможность рая в человеческих отношениях, невозможность понять правду друг друга - ведь у каждого она своя. Самые страшные персонажи здесь - это люди, которые точно знают как надо. Для всех.

А что лучше - быть успешным или счастливым? Ответ на этот вопрос не так однозначен, как кажется. По мне - конечно, быть счастливым. Но вот Краснов - он одержим своим понятием счастья, одержим своей любовью. Ему ничего, кроме нее, не надо. Он одержим стремлением стать лучше. Он борется со своей жуткой природой, дьявол в нем сидит. И все равно природа берет свое, и перед нами - чудовищная судьба и очень живая история.

Российская газета - Федеральный выпуск: №64(9009)


Источник: https://rg.ru/2023/03/25/marina-brusnikina-ostrovskij-po-nastoiashchemu-zhivoj-avtor-potomu-chto-nichego-ne-izmenilos-ni-v-liudskih-harakterah-ni-v-otnosheniiah.html