Et Сetera, но снова все же Чехов

На недавнем традиционном подведении итогов сезона в Союзе театральных деятелей известный критик Т. Шах-Азизова, отмечая некоторый спад интереса театров к драматургии Чехова, очень образно выразила это словами «Чехов устал». Да, действительно, премьерных спектаклей по произведениям Антона Павловича заметно поубавилось. Да и то сказать: за последние два-три сезона не осталось ни одной его пьесы, которая не игралась бы одновременно в двух, трех, а то и четырех различных режиссерских интерпретациях на сценах московских театров. Это не считая инсценировок. Премьерой «Дяди Вани» открылся без малого полтора года назад и театр “Et Сetera” под художественным руководством Александра Калягина. Помнится, тогда, на открытии, А. Калягину был задан вопрос: откуда родилось столь необычное название театра? Ответ гласил: «В переводе с латыни это означает „и так далее, и прочее“. Сегодня мы играем Чехова, но из этого не следует, что мы будем привержены только классике. Мы будем пробовать самый разный репертуар — и современность, и снова классику, и так далее, и тому подобное»… Сегодня в театре “Et Сetera” опять премьера и … снова Чехов! На этот раз сценическая композиция и постановка Владимира Салюка по произведениям А. Чехова под общим названием «Руководство для желающих жениться» в трех частях — «Женихи», «Мужья», «Вдовцы». Антон Павлович, как известно, мог быть и очень тонким, даже нежным лириком, и изящным юмористом, и ехидным насмешником, если ему этого хотелось. Спектакль театра “Et Сetera” о-о-очень смешная, но и весьма ехидная штучка. С блеском разыгранная актерами в прелестном, но так достаточно насмешливом оформлении главного художника театра Виктора Дургина. Декорации, костюмы, да и сам текст прежде всего точно, казалось бы, соотносятся с временем, отстоящим от нас почти на целое столетие. Но, Боже мой, до чего все это оказывается знакомым, близким, соответствующим нашему бытию, заботам, хлопотам и сомнениям. Спектакль решен как лекция, которую в качестве руководства для желающих жениться читает нам лектор, иллюстрируя ее положения наглядными примерами. …Мающийся в сомнениях жених — герой Анатолия Грачева — он, что сейчас, что сто лет назад холостяком был, холостяком и остался. Одно слово — неприкаянный. Все, что имеет, с собой носит: от мочалки для бани до булки и бутылки молока на завтрак, обед и ужин. А жениться — и хочется, и колется. Годочки-то уже не молодые: свои привычки устоявшиеся, требования определенные. Женишься, а она тебе и рога наставит, и карманы обчистит. (Что, между прочим, нам наглядно демонстрируется в «Мужьях».) Вот и прикидывает все обстоятельства, степенно торгуется со свахой пожилой обер-кондуктор Стычкин, боясь прогадать на женитьбе, пока его вдруг не осеняет, что лучшей жены, чем сама сваха, ему, пожалуй, и не найти (инсценировка рассказа «Хороший конец»). За А. Грачевым после его шумного успеха в «Человеке со стороны» на сцене Театра на Малой Бронной на все последующие годы прочно сохранилось амплуа «социального героя». А здесь — острая характерность, море юмора, полнейшая раскованность, детская непосредственность и абсолютное бесстрашие быть на сцене смешным, нелепым, неуклюжим. Совершенно блистательный дуэт разыгрывают в третьей части спектакля, во «Вдовцах», Александр Калягин и Владимир Симонов по рассказу «Дипломат». Аристарху Ивановичу Пискареву выпала трудная задача осторожно подготовить приятеля к известию о смерти жены, с которой, правда, тот уже давно живет порознь, но все-таки сохранил отголоски прежней любви. Герою Калягина невыносимо трудно начать этот тяжелый разговор, да он просто не знает, как к нему приступить. В форменном пальто, фуражке, поминутно вытирай пот, Пискарев Калягина мнется у стола Кувалдина, несет какую-то околесицу, от которой самому становится стыдно, и, все больше и больше запутываясь, то и дело проговаривается: жену Кувалдина вспоминает в прошедшем времени, бормочет про панихиду в ее доме, вдруг называет покойницей. В сравнительно короткой сценке актер демонстрирует бездну мгновенно сменяющихся состояний своего героя, растерянного от собственной неловкости, оплошностей, смущения. Драма оборачивается фарсом. Достойными партнерами уже названных артистов выступают в новом спектакле театра Сергей Тонгур, Александр Котов, Сергей Плотников, Руслан Садковский и, конечно, очаровательные и коварные существа, которые в обличьях невест, жен и свах приносят мужчинам в равной мере как райское блаженство, так и адские мученья — Ольга Сирина, Татьяна Веселова и Татьяна Владимирова, Людмила Дмитриева и Людмила Пивоварова. Жаль только, что за отсутствием собственной крыши над головой театру А. Калягина приходится кочевать по московским сценам, а публике «ловить» его спектакли. Кто поймает — тому повезет.