Памяти Леонида Ошарина

В черной рамке портрет Леонида Ошарина​ на входе в наш театр — но мы этого не видим, слезы льем в одиночку, каждый у себя дома, охваченные единым огромным горем. Трагедия сразила абсолютно нас всех: руководителей,​ ​ артистов, заведующих цехов,​ монтировщиков, всех, кто знал его много лет, всех, кто узнал его совсем недавно.
Он был с нами еще на Новом Арбате -​ молодой,​ красивый, безумно обаятельный. Просто инженер по началу, но и тогда какой-то очень заметный и необходимый человек в театре . А когда началась стройка, Леня был главным, кто​ руководил всем этим сложнейшим процессом.
Мы работаем​ в красивейшем театре,​ во многом благодаря ему, его таланту, вернее, многим его талантам. Он занимался строительством первой​ очереди,​ помогал строить и вторую очередь театра,​ хотя формально уже был на другом важном посту.

Мы будем жить в этом пространстве, вспоминая Леню с огромной благодарностью, вспоминая​ ​ Леонида Вячеславовича​ Ошарина, который многие годы был нашим директором. Придут другие поколения, но и для них это имя в истории театра будет значить очень и очень много.​
Страшно подумать, что жизнь театра будет проходить без него. Он был с нами всегда, и каждый помнит какие-то свои очень личные задушевные​ разговоры с ним, его советы и участие. Он был внимателен к каждому, он был доброжелателен и отзывчив.
Он был высочайшим профессионалом, постигшим все тайны театрального дела,​ он был мудр и спокоен, уравновешен и невозмутим.
Нам всем сегодня очень тяжело, мы потеряли близкого и родного человека, нашего друга, которому мы бесконечно благодарны за то, что он был с нами. Он и будет с нами, в нашей памяти, в нашей любви.
С нами будет и вся его семья,​ которую мы никогда не оставим.

Александр Калягин,​ Роберт Стуруа, Давид Смелянский, Юрий Кравец и весь коллектив театра​ ​ ​


Александр Калягин :

Мои дорогие!
Мы все потрясены, мы убиты, сломлены... Это трагедия - страшная, необъяснимая, жестокая, с которой невозможно смириться.​
Невозможно представить,​ до ужаса,​ что​ Лени Ошарина​ больше нет с нами.​ Он был с нами много-много лет и теперь понимаешь, какое​ это было счастье .
Леня был​ частью моего сердца. Мы могли спорить,​ ругаться, не соглашаться друг с другом, но он был моим — моей опорой, мои надежным соратником и другом.
Когда его пригласили в театр Маяковского, я был растерян и умолял не покидать наш театр. И он вернулся, и​ стал зам. директора.
Без него мы бы не смогли построить наш театр, сначала первую очередь, потом вторую. Он отвечал за переезд​ с Арбата в новое здание театра и сделал это блестяще.
Леня был моложе меня намного, но это не играло в наших отношениях никакой роли. С​ ним было легко,​ он мыслил​ современно и креативно,​ но при этом был человеком традиций,​ что​ отличало его​ от многих руководителей.
Он был человеком с математически складом ума, мыслящим​ каждой нотой театра.​ ​ Каждый его поступок, каждое его действие было продуманным и логичным.​
Мы учились друг у друга - и это не пустые слова. Это действительно было так. Он был совестливым человеком, благородным и добрым, человеком слова и дела. У него была​ прекрасная​ семья, с которой дружил весь наш театр.
Дорогие мои,​ родные мои!​
Нам всем повезло, что в нашем театре работал Леонид Ошарин. Он нам помогал, и когда занял​ свою последнюю высокую должность Зам. Министра культуры Москвы. Приезжал к нам, давал советы, подсказывал, как надо поступить в той или иной сложной ситуации. Он был до конца дней​ с нами. Без него нам всем будет очень - очень трудно.​ ​ ​

--